—
Владимир Зазнобин: Кто возглавит глобализацию? Какую концепцию глобализации предлагает Запад, Восток и Россия?
Запад навязывает миру своё управление, так как превосходит в технологическом развитии. Восток религиозен, раздроблен и Далее...
—
04.01.16. Сообщение от журналиста Михаила Рябова.
«Украинский телеведущий: Г**но кацапское! Стало хуже, чем при Януковиче! Известный украинский телеведущий Сашко Лирник разразился проклятиями по поводу содержания новогодних программ. «Каждый месяц, день, каждый час, прожитый без «русского мира», отдаляет нас от оккупации. Военной и духовной. Причем, духовная оккупация страшнее и подлее. Именно она порождает сепаратизм, коллаборационизм и ненависть к украинцам и Украине.
Прожив такой тяжелый год, год борьбы и войны, год, в котором гибли наши воины -защитники, надеялся, что что-то изменилось к лучшему хотя бы в той сфере, которую больше всего нужно изменить. Имею в виду в первую очередь телевидение, поскольку оно больше всего влияет на сознание народа и является сильнейшим оружием в этой войне.
Переключал телеканалы весь вечер и всю новогоднюю ночь. Г**но кацапское. Стало хуже чем при бандюковиче. Украина исчезла с телевидения совсем», — пишет Лирник.
«Очевидно, что запущен новый проект оккупации, так называемая «вторая волна». Проект по построению неукраинской Украины. Сплошные русскоязычные передачи и шоу, в которых украинский язык звучит исключительно для обозначения каких-то придурков или идиотов. Вытащили из нафталина всяких кацапских идолов и остальные г*вна. Будто не существует в природе такого явления, как перевод и дублирование.
Как вы хотите иметь защитников Украины, если воспитываете детей на российских мультфильмах и попсе?
…У нас война, дебилы, не забыли? Где передачи о наших бойцах? Где поздравления? Где репортажи о них? Сплошное русское г**но и перепевы российского г**на. Не смогли захватить танками и градами, так захватывают телевизором и газетами», — сокрушается телеведущий.»
04.01.16 Видео от News-Front
«Это Спарта! Братан» Фильм второй документального проекта «Новороссия. Оружие победы». Подразделение легендарного Моторолы отрабатывает тактические приемы «Огонь-Маневр», движение в походной колонне и атаку вместе с танками поддержки. Максим Фадеев: «В мае в Семеновке я познакомился с «Мотором», и именно в его подразделении, тогда он командовал пулеметно-противотанковым взводом, я пережил свой первый день войны. Эту ночь я запомнил, наверное, на всю жизнь. Стрекот сверчков и лягушек, запах цветов под забором углового дома у трассы на самом краю села, рядом с которым был выкопан блиндаж. Сбитые пулей «плетки» над головой ветки пахучей сирени, минометный обстрел блокпоста и рвущиеся у шиномонтажки мины под радостные крики «Шаха»: «Мимо пи…ары!» Детскую радость «Кирпича» прилетевшему и застрявшему в маскировочной сетке осколку: «На… смотри кусок шрапнели, горячий еще!»
— Что происходит? — испуганный выкрик итальянской журналистки Миши, когда в полутора метрах над головами начинают лететь трассера КПВТ украинского бронетранспортера, и успокаивающий ответ «Боцмана», — Происходит перестрелка брони.
Ночной обстрел гаубичной батареей ВСУ с Карачуна улицы Орденоносцев в Семеновке. Первым залпом накрыло хату деда девчонки Вики, которая вместе с нами сидела в подвале, метрах в двухсот от нас. Следующие два залпа застали нас посреди улицы на пути к горящему дому. Lay down! Lay down! — кричал Боцман итальянским журналистам, — Сreep to me.
Пылающий дом, грохот разрывов, треск шифера, окопы под забором, все как в фильме «Батальоны просят огня», какая-то другая вселенная, вертелось в голове…
— Снимай, покажешь людям! — тихо вернул в реальность пожилой ополченец, показывая на охваченный огнем дом рукой, — Там дальше в соседскую хату тоже прилетело. Посреди улицы истошно вопила Вика, что-то попало ей в шею, но что в темноте мы не могли разобрать. Лихой «Воха», с перевязанной головой привез к блокпосту молодого парнишку медбрата «Вандала». – На, «отдупли» скорую, — передал «Боцман» трубку мобильника «Вандалу», — Алло… Скорая? Приезжайте в Семеновку, здесь раненый… Куда? Туда где стреляют, на шиномонтажку… Нет, здесь уже не стреляют, вчера пожарники приезжали с мигалками, по ним не стреляли… И в этот миг Фиу-у-у-у-у-у… Т-у-д-у-х-х-х-х — Вниз в подвал! А-а-а-а! Голова!
С самого начала после захвата власти в Киеве предводители революции «достоинства» шаг за шагом разжигали войну, во всем обвиняя Россию. Ненависть, ложь, невежество, главное их оружие. Мир им не нужен. Нужен хаос и развал. Почти за год боев они не сделали правильных выводов…
Тогда в Славянске я думал, что невежество можно победить осознанностью, а войну можно остановить просто показав людям правду о том, что происходит на самом деле. Но оказалось, что правда у каждого своя… Сейчас думаю, что остановить грубую силу, может только другая грубая сила…
В мае прошлого года чтобы попасть служить к Мотороле, нужно было быть «отморозком». Рекомендация звучала примерно так: «Я с ним в бою был, мы прошлой ночью с группой «Бая» на джихад ходили, он реальный «отморозок», к нам просится, возьмем?»
Прошел уже почти год войны. Снова весна. Взвод «Мотора» превратился в батальон. Новобранцы «Спарты» осваивают тактические приемы «Огонь-Маневр», движение в походной колонне и атаку вместе с танками поддержки…»
—
Сирийский Курдистан. Курдские бойцы демонстрируют оружие и боеприпасы, захваченные у террористов ДАИШ (арабская аббревиатура ИГИЛ – запрещена в РФ).
Напомним, в Сирии с марта 2011 года продолжается вооруженный конфликт, жертвами Далее...
—
Обзор прошедших новостей и событий Новороссии. Недельный Далее...
—
Кадры авиаудара по укрытию террористов ИГИЛ* в населенном пункте Дарайя (провинция Дамаск). Момент сброса и попадания авиабомб.
Напомним, в Сирии с марта 2011 года продолжается вооруженный конфликт, жертвами которого, по данным ООН, Далее...
—
Мини-дайджест: Порошенко, вышки, обложка
Бутылка и нож, Порошенко и обложка, вышки Бойко
Коцаба, тебе привет от волонтерки
Это государство знает, кого сажать
Как защищали Порошенко
Ты и есть твой президент
Шарий?! Неееет!!!
Киевский разговор
«А вы знаете, что…» Режиссер Олег Сенцов
Опрос о режиссере Олеге Сенцове
—
Эдуард Басурин о ситуации в Далее...
—
У Тараса, Остапа и Мыколы была традиция. Каждый год, 31 декабря, они с друзьями приходили на майдан и ужирались в хлам, вспоминая прошлые перемоги. Так произошло и в этом году. Жинка Тараса, Галя, не хотела его отпускать, так как на каждую такую встречу Тарас брал с собой солидный шмат сала и покупал пару пузырей горилки, серьёзно разоряя семейные продуктовые запасы и семейный бюджет. А пополняла всё это по большей части именно она. Но и в этот раз, полаявшись пару часов, всё-таки отпустила — Тарас свято чтил эту традицию ещё с первого майдана, с 1991 года, и спорить было бесполезно.
На майдане Тарас увидел старых знакомых. По традиции, укоренившейся с 2013 года, запалили пару покрышек, сели вокруг них и начали хлебать горилку, заедая салом. Когда горилка кончилась — в ход традиционно пошёл стекломой. Друзья делились успехами, которых они добились с последнего майдана. Остап вступил в Правый сектор и помогал отжимать фирмы и банки у агентов Путина, в пользу истинных патриотов Украины. Правда, иногда патриоты Украины потом тоже оказывались агентамиПутина, и фирма отнималась снова, в пользу уже других патриотов. Но Остапа это не волновало — платили ему хорошо, и вместо почти никогда не работающего электричества в его квартире исправно горели керосинки. А отопление осуществлялось с помощью установленной среди квартиры буржуйки, дрова для которой Остап заготовлял из ближайших заборов. Если кто-то пытался возмутиться — Остап показывал визитку Правого сектора и прозрачно намекал, что такое недовольство может быть приравнено к работе на Путина. Затыкался любой. В общем, хорошо Остап устроился.
Не сильно хуже устроился и Мыкола, который теперь работал журналистом в патриотической прессе и писал статьи про перемоги в АТО, миллионы армат и миллиарды бурятов. Сам он никогда не то что на Донбассе, а вообще на Восточной Украине не был, да это было и ни к чему. Мыкола накатывал немировки, закусывал салом и садился за печатную машинку шестидесятых годов выпуска, на которой клятая советско-москальская символика была замазана переможным тризубом. Потом его статьи про уничтоженную псковскую дивизию ВДВ перепечатывали на компьютере и размещали в газетах и на переможных новостных сайтах. Мыколе компьютер не доверяли. Во-первых, их всего две штуки на редакцию, причём один у директора, который к нему никого не подпускает. Во-вторых, освоить владение компьютером Мыкола бы вряд ли смог, а вот куда его впарить за ящик стекломоя — знал прекрасно. По тем же причинам все патриотические журналисты писали на печатных машинках, оставшихся от клятых москалей. Талант Мыколы оценивался высоко, и дома у него всегда были сало и горилка.
А вот Тарасу похвалиться было нечем. Его жинка фактически в одиночку обеспечивала семью, работая на трассе, и постоянно грозилась уехать в клятую вражескую Московию. Подруги, которые туда уехали, писали ей, что таджики-гастарбайтеры в Москве платят куда больше, чем свидомые патриоты на родине. А сам Тарас лишь иногда подрабатывал мытьём туалетов и постоянно пытался устроиться мыть туалеты в Европе. Но желающих туда было — десятки человек на одно место, и его никак не брали. Рассказывать об этом было стыдно, и Тарас на расспросы друзей о жизни сначала отмалчивался и отшучивался. Но после очередного стакана стекломоя, устав от навязчивых расспросов, наконец задвинул такую мощную историю, что друзья только рты поразевали. Тарас рассказал, что служит в АТО, причём в суперзасекреченном суперспециальном суперспецназовском спецназе, обучаемом инструкторами самого НАТО — потому, мол, и говорить не хотел. Тарас рассказывал о страшных сепаратистах, которые при попытке с ними договориться сразу начинают обстреливать сами себя, о колоннах Армат и ордах кадыровских бурятов, периодически подкрепляясь стекломоем. По мере рассказа он и сам начинал верить в то, что говорил. Уклонялся лишь от вопроса — сколько спецназовцев ГРУ уничтожил лично. Но в глазах читалась цифра не меньше трёхзначной, и с каждым стаканом стекломоя она увеличивалась.
-Ты! — кричал Тарас, тыкая Мыколе пальцем в грудь — Ты пишешь про наши перемоги, а ты там был!? В тылу отсиживаешься, пока мы кровь проливаем!
Даже здоровенный правосек Остап, ошеломлённый вдруг открывшейся крутизной друга, не решался утихомирить разбуянившегося хэроя АТО. В конце концов его утихомирил стекломой — Тарас, в отличие от друзей пребывающий всё время в полуголодном состоянии, вырубился первым.
-Хэрой, устал в боях — уважительно кивнул на него Остап — Слухай, Мыкола, а куда ему ехать-то? Не бросим же мы его здесь. Эй, тебе куда надо? Мы тебя в автобус или в поезд закинем, тебя ж, как ветерана АТО, бесплатно довезут.
Но Тарас храпел и не реагировал на вопросы. Пришлось долго макать его мордой в лужу, хлестать по щекам и повторять вопрос — куда его отправить, чтобы он наконец-то пробубнил: «Улица Бандеры, дом…» и снова впал в забытье.
Улицы Бандеры после победы майдана были в каждом городе и их число продолжало увеличиваться. А город они так и не узнали — Тарас больше не просыпался, что с ним не делай
-Слухай, Остап! — осенила идея более умного Мыколу — он же говорил, что приехал из АТО только на выходные! Значит, ему туда и надо! Я знаю, откуда уходит поезд с новой волной мобилизации, давай его туда и закинем, а в АТО его каждый узнает и доставят в его часть! Он же там вон в каком авторитете, сам рассказывал!
Сказано — сделано. Здоровенный Остап закинул тщедушного Тараса на плечо и они, пошатываясь, отправились на вокзал. Нужный поезд нашли быстро — по запаху стекломоя и заблёванности снега в радиусе нескольких метров вокруг поезда. Поезд был набит такими же бесчувственными телами, как Тарас.
-Хэрои — уважительно кивнул на штабель тел Остап и закинул Тараса в общую кучу.
В поезде Тарас пришёл было в себя, не понял где он находится, но обнаружил рядом с собой такое же бесчувственное тело, у которого из кармана торчала ополовиненная бутылка стекломоя. Тарас вытащил её и тут же опустошил, после чего снова отключился.
На Донбассе хэроев выгрузили из поезда и начали поднимать пинками и окатыванием холодной водой. Кое-как их построили в неровную шеренгу и начали перекличку. Тарас не соображал, где он и что тут вообще происходит. Он помнил, что засыпал на майдане, а сейчас вокруг какие-то люди в форме, строй, крики… В конце концов он решил, что это обычный пьяный сон и он всё ещё спит на покрышке, а рядом бухают Остап и Мыкола.
Обнаружив одного лишнего, не присутствующего в списках, офицеры ненадолго задумались — что делать? Потом решили бросить его в грузовик и отправить в одну из частей поближе к передовой — нехай там сами разбираются. Так и сделали. В грузовике оказавшиеся с Тарасом хлопцы накатили ещё стекломоя. Тарас, услышав звон разливаемой жидкости, приоткрыл глаза и протянул руку. Кто-то вложил в неё стакан, Тарас выпил залпом и снова отрубился. Он был уверен, что продолжает бухать на майдане с друзьями.
Вдруг рядом с машиной раздался взрыв. Машина наклонилась, хлопцы посыпались из кузова, а на дорогу с двух сторон выбежали какие-то люди в камуфляже и начали отбирать у хлопцев оружие и заламывать им руки. Откуда-то подкатил другой грузовик, с георгиевской ленточкой, и всех хлопцев погрузили в него. В том числе и бесчувственного Тараса, решив, что он контуженный.
Тарас пришёл в себя в какой-то квартире. Рядом кучей лежали тела, от которых разило стекломоем, кто-то возился, стонал, кто-то просто храпел.
-Галя! Галя! — заорал Тарас, решив, что он дома — Ну я тебе сколько раз говорил не водить клиентов домой! Тем более в таком количестве!
Никто не отвечал, только лежащее рядом тело пробормотало «Зрада» и перевернулось на другой бок.
-Галя! Ты где? — Продолжал надрываться Тарса.
Дверь открылась, и в комнату зашёл человек в камуфляже и с георгиевской ленточкой.
-Чего орёшь, придурок? — грозно спросил он.
Это было неслыханно. Галя уже начала обслуживать сепаратистов! Надо будет сказать Остапу, пусть пошерстит их район, а то эти наглецы уже совсем не скрываются.
-Где Галя? — спросил Тарас.
-Не знаю, где твоя Галя. Наверно, осталась там, откуда ты приехал.
-Куда приехал? — захлопал глазами Тарас.
-Ты что, придурок, не знаешь, где ты сейчас?
-Знаю, я у себя дома! Улица Бандеры, дом…
Сепар обидно расхохотался. И тут до Тараса начало что-то доходить… Он вспомнил свою пьяную похвальбу друзьям… Неужели он на Донбассе?!
-Ты на Донбассе, в плену, тупой алкаш! — сказал наконец, отсмеявшись, сепар.
Худшие подозрения стали реальностью. Значит, Галечка сейчас на улице Бандеры, а он — на полу, на Донбассе…
Через два дня, немного придя в себя, Тарас валялся в ногах сепаров, объясняя, что он вообще не солдат, и в армии не служил по причине энуреза, и вообще не знает как сюда попал, и умолял дать позвонить Гале. Сепары, посмеявшись, разрешили.
-Так значит ты, пьяная свинья, свалил от меня на Донбасс?! — взвилась Галя на том конце провода — Теперь я поняла, почему ты рассказывал мне про свою прошлую невесту на Донбассе! Ну и катись! Меня, между прочим, богатый клиент зовёт к нему, в отапливаемую квартиру! А ключ от твоей квартиры я оставлю на столе!
-Ни, Галю, нэ треба ключ! На столе нэ треба! — хныкал Тарас, но Галя уже бросила трубку. А звонить второй раз сепары не разрешили.
-Что с этим синяком будем делать? — услышал Тарас разговор сепаров и понял, что это про него.
-Да кому это чмо нужно? Его даже не обменяешь ни на кого. Отправим домой, а то у него и правда энурез. Им уже вся комната для пленных провоняла. Завтра из соседнего города уходит автобус на их территорию, вот в него и посадим.
Тарас сидел во дворе покуривая поднятый сепарский бычок и ожидая завтрашнего дня и отправки домой. Сепары кормили его, как и всех пленных, трижды в день, причём так сытно, как дома он уже давно не ел. Очень странно. Не иначе это какой-то хитрый план Путина. Других гоняли на работу, восстанавливать разрушенный город, а Тараса не взяли, признав его тупым и криворуким. Сами себя обстреляли, а патриотов Украины заставляют восстанавливать — вот оно, москальское коварство!
От этих мыслей Тараса отвлекла вошедшая во двор женщина в форме и с автоматом.
-Эй, ты, как тебя, алкаш! — окликнула он его — давай-ка, сделай что-нибудь полезное, зря, что ли, тебя кормят!
-А что сделать-то? — растерялся Тарас.
-Сапоги мне почисти! Устала я сильно, а скоро построение, в грязных сапогах нельзя. Хоть пять минут отдохну. Должна же от тебя быть хоть какая-то польза?
Тарас долго и с наслаждением чистил сапоги сепарки, не понимая, почему испытывает от этого такой кайф.
-А как вас зовут? — наконец решился спросить он.
-Тебе-то что? Ну, Надя.
-Вы бурятка?
-Ты что, идиот? Где ты у меня бурятские черты увидел?
-Я не знаю, как буряты выглядят — смущённо признался Тарас — Просто слышал, что их здесь несколько миллиардов…
-Точно, идиот — фыркнула женщина. Но потом чуть смягчилась: -Полячка я наполовину, если тебе так интересно. Лучше чисти!
Так вон оно что… Древний инстинкт безошибочно подсказал Тарасу то, что не мог знать разум. Вот откуда такое наслаждение от чистки её сапог…
-Вы, наверно, панского роду? — подобострастно улыбаясь, спросил он.
-Много вопросов задаёшь, алкашня! Чисти быстрей, сейчас уже построение!
… Тарас приехал в родной город, на родную улицу Бандеры. Вошёл в холодную хату, зная, что там уже нет Гали. Зато в хате сидела его мама.
-Тарас, сынку, та що ж такое! — запричитала она — мне сказали, что ты на Донбассе!
-Я был на Донбассе, мама — задумчиво ответил Тарас.
-А Галя ушла было к богатому клиенту в отапливаемую квартиру, но он в тот же день нашёл помоложе и выгнал её. Хочешь, я сейчас сбегаю за ней, и попрошу вернуться?
-Нет, мама — так же задумчиво проговорил Тарас — я встретил другую женщину…
-Где?!
-На Донбассе… У неё удивительное имя… Надя… И, знаешь, мама… Может, это не так плохо, если сепары нас завоюют…
Все права на рассказ Далее...
—
Я человек по природе очень любопытный. Вот и сегодня заинтересовала меня определённая информация относительно работы украинского посольства в России.
Поэтому в её поисках я зашёл на официальный сайт посольства. Теоретически сайт Далее...
| Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | Вс |
|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ||
| 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 |
| 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 |
| 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 |
| 27 | 28 | 29 | 30 | |||
